Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

железные нервы

Мк 10:14

Помимо прочих увеселений, этим летом случилась конференция в Уппсале; кто не знает - древний религиозный и политический центр Швеции. Конечно, не воспользоваться оказией я не могла и съездила в сельцо, которое называется Старая Уппсала (Gamla Uppsala), где этот центр изначально и был. Ездила-то я смотреть курганы шестого века, а наткнулась еще и на церковь со средневековыми росписями.

0 1506

И вот в этой-то церкви нашелся удивительный детский аттракцион.

Вообще говоря, когда в храме достаточно места, то и протестанты, и католики норовят учинить (обычно - ближе к западным дверям) небольшой уголок для младенцев с книжками, игрушками и рисовальными принадлежностями, словом - возможностями для тихих игр и ненавязчивой катехизации. Да что там, идея о каких-то особых объектах для детей появилась и в православных храмах - некоторое время назад обнаружился в Скорбященском храме на Ордынке низенький "детский" аналойчик с образом Спасителя среди детей на нем и "детским" же подсвечником перед ним (стоит ли говорить, что четырехлетняя моя крестница притянулась туда как магнитом?).

Но древний храм в шведском селе перепижонил всех.

0 1483

Это не шкафчик, дорогие друзья.
Это игровой алтарь. Можно переодеться священником (если хочется, то можно и прямо епископом) и совершать таинства. Есть игрушечные богослужебные сосуды - внимательный глаз быстро найдет их на фото; есть венцы, крест, а за дверцами еще купель спрятана и гробик. Есть и символические изображения, а как же: феникс, голубь и курица с цыплятами. К детскому уголку прилагается брошюрка, которую можно взять домой, а в брошюрке объясняется, что такое венчание, что такое крещение, что за смешные одежды носят священники.

1

2

3

4

А на последней странице - прекрасный текст для родителей, приведу его в авторизованном гуглопереводе:
"Входя в храм, мы оказываемся в другом мире, где все иначе. Громко звучат непонятные слова, люди носят странную одежду, играет непривычная музыка. Звучат хвалы. Ныне и присно и во веки веков.
Игра необходима для развития детей.В игре они имеют дело с тем, что они уже знают и тем, что хотят узнать и понять. Игра развивает фантазию, эмпатию, коммуникативность и формирует символическое мышление. Она учит кооперироваться и решать проблемы. Игра - это жизнь! Мы хотим пригласить детей самостоятельно исследовать жизнь церкви и жизненные ситуации".

И не то чтобы дети сами по себе не играли "в церковь" и "священников". Еще как играют, совершенно нормальное дело. Это и в мемуарной литературе XIX века отражено, и в этнографических материалах вплоть до самых современных. Но вся конструкция из традиционного детского развлечения, игрушечного алтаря у стены с древней живописью и мучительно серьезного текста о пользе игр вообще и в деле освоения странных церковных обыкновений в частности вызывает... как бы это сказать... печаль.

Потому что редко бывает так, чтобы реквизит для решения задачи - той, которая сабж - так наглядно и резко противоречил содержанию оной.
железные нервы

Больше чем

0 282

Когда приезжаешь в другую страну, первое, что следует сделать для понимания контекста - это сходить на блошиный рынок. Там все об истории последних лет так ста. И не только собственно материальная культура, а весь социальный сюжет, во всей полноте: кто продает, как продает, почем продает, кто покупает, как торгуются, кому принадлежали вещи и кому они стали не нужны, почем идут обломки прошлого и какого, собственно, прошлого - все, словом, как на ладони. Радость антрополога.

0 290

В этом плане брюссельская блошка оказалась крайне показательной.

Во-первых, там настоящий блошиный рынок, куда можно честно пойти за всяческой одеждой и утварью, когда денег нет. Иногда и новые вещи попадаются - то груда пластиковых оправ для очков, то целая коробка лифчиков. Люди ходят, выискивают.

0 289

Во-вторых, только здесь чинная мелкобуржуазная Европа так тесно сплетается с колониями. На постколониальном сентименте делаются недурные деньги: конголезские идолища стоят существенно дороже католических статуэток.

0 294

0 284

В-третьих, тут можно всласть порыться в коробках, куда навалом свалены артефакты 1920-х-1960-х годов (а впрочем, и более поздние). За пару евро есть шанс обрести надбитую масонскую тарелку или недурную бижутерию.

0 287

Есть еще в-четвертых, в-пятых и так далее, но читатель ждет уж, что я-то укупила, такая умная, и я читателя не смею более томить. Вот он, мой образ Бельгии-с-блошки, образ заведомо романтизированный, туристический. Collapse )
железные нервы

Природа не терпит пустоты

Читаю давеча Вересаева ("Об обрядах старых и новых", книжечка вышла в 1926 году, угар НЭПа), и набредаю на вот какую историю:

"Няня–сиделка в одном из московских лечебных заведений, коммунистка сама и жена коммуниста, родила ребенка. Обращается в ячейку, просит устроить октябрины. В ячейке ответили: — «Вы — партийная, ваш муж — партийный, — какие тут октябрины? Октябрины устраиваются для беспартийных, для пропаганды». Огорченная, ушла. Через полгода обращается к одной моей знакомой, старой партийной работнице, с просьбой, чтоб она походатайствовала в ячейке, — нельзя ли ей все–таки устроить над своим ребенком октябрины. Дело вот в чем. Она и муж ее примирились с тем, что октябрин не будет, — нельзя, так что ж делать! Но у нее есть тетка, она ходит за ребенком, очень к нему привязалась. И тетка эта поставила решительнейшее требование: пусть устроят либо крестины, либо октябрины, не то она уедет в деревню или потихоньку окрестит ребенка сама. «Что же это? Ни крещеный, ни октябреный. Так какой–то — неприпечатанный!»".

Прекрасно здесь все, до буковки - и недоступность октябрин для партийных (хотя, казалось бы, кому еще они нужны, и вообще - жалко, что ли?), и попытка партийки протолкнуться все-таки по блату, и "темная тетка из деревни", выписанная, чтобы "ходить за ребенком", пока партийная сиделка вкалывает в своем лечебном заведении, и потребность снискать ребенку защиту и поддержку хоть каких-то сил.

Но самый цимес в том, что в итоге ячейка в просьбе - отказала.
железные нервы

Женщина о женщинах

Читая "Воспоминания" Екатерины Сабанеевой (née Прончищевой, в московских светских кругах прозванной "Катя-Роза" - видимо, была хороша), невольно задумываешься о том, как из относительно уже демократических 1880-х выглядит крепостное прошлое конца XVIII-начала XIX века. Особенно интересны, как водится, репрезентации женских судеб: подчеркнутых, явных жертв с точки зрения автора семейной хроники, слишком покорных, избыточно несамостоятельных, домашних, карманных женщин - и "интересных судеб" с точки зрения ее информанток о ранешних временах, когда трава была зеленее, дети и прислуга послушнее, а дворяне - ой-ой - не те, что сейчас.

"Она [крепостная старушка Пелагея, бывшая сенная девушка] была кривая, и вот, будучи еще ребенком, бывало, спросишь ее:
- Пелагеюшка, отчего у тебя глазок кривой?
- Это, сударыня-барышня, - отвечает она, - прадедушка ваш Алексей Ионович изволил выколоть".

"Я [бабушка рассказчицы, дворянка средней руки] смолоду была охотница до работ, но шерсти купить и подумать не смела: батюшка бы прогневался, если б я осмелилась заикнуться о покупке такого ценного товара. У нас ведь все было домашнее: шерстяные чулки мы носили, конечно, из домашней шерсти, не говоря уже о белье - все из домашнего холста <...> мы с сестрами носили по будням платья из домашней холстинки, по воскресеньям только ситцевые". "Поверят ли тоже, что она не только цветы сажала потихоньку от своего родителя, но и французскому языку втайне от него выучилась <...> Прадед не допускал мысли о воспитании детей: в те времена чада должны были удерживаться в черном теле в доме родителей, и он за порок считал, чтобы русские дворянки, его дочери, учились иностранным языкам".

"Раз как-то я [мать рассказчицы] стояла у окна <...> Луна взошла, ярко светила на небо и серебрила своим матовым отблеском эти цветущие деревья. Я залюбовалась и задумалась. Я была одна в комнате; вдруг кто-то тронул меня легонько за плечо. Я даже вздрогнула. Гляжу, стоит подле меня наша добрая старушечка тетушка, княжна Екатерина Николаевна.
- Варенька, - говорит она, - отойди от окна, милый друг, не гляди на луну.
- Отчего же, тетушка? Посмотрите, как хорош вечер.
- Не годится, мой друг, девице глядеть на луну: подумают, что ты влюблена."

Были там, в этих воспоминаниях, и другие женщины: великосветские красавицы, устраивавшие роскошные праздники; девушки-приживалки с прелестным голосом; старые девы, железной рукой руководившие хозяйством вдовых братьев; но отблеском эпохи - и мне, и Сабанеевой - кажутся все же эти, нежные, зависимые.
железные нервы

Детские гадости

Сижу я тут, значит, на пси_бебях. И понимаю, что если бы мои школьные, так их перетак, годы пришлись на конец 2000-х, затаскали бы меня по психологам. Правда, не одну. А в хорошей компании из всех или большинства моих друзей.

Ручки грызли. Лизунов тискали. Совали фольгу в розетки. Били мальчишек по голове учебником (правда, как только те решили, что давать девочкам сдачи недостойно мужчины, то есть первого сентября пятого класса, все прекратилось). А уж гадостных-то штучек знали - просто вагоны.

Это только очень глупым взрослым кажется, что у человека восьми-одиннадцати лет от роду одни цветочки да василечки, да устав пионерской организации. Нет, все это есть, и плюшевость имеется, а мы, заметьте, были еще и девочками относительно неиспорченными - почему и игра в проституток захватила наши детские умишки только к двенадцати годам, к бат-мицва, значиццо, что по сути совершенно логично. Тогда же и похабные песенки вылезли.

Но гадостные штучки - о, эти гадостные штучки! Садистских стихов мы знали море. Вы видали трогательных девочек в капроновых бантиках, которые взахлеб читают друг дружке стишок про сантехника Потапова и ржут как ненормальные? Нет? А вы, случайно, не с Альфы Центавра? Одна беда - страху стишки не нагнетали. Зато для особо брезгливых была такая замечательная штука! Приведу целиком, из сентиментальных побуждений:

Ах, какая благодать -
Кожу с черепа сдирать
И жевать, жевать, жевать!
Теплым гноем запивать!
И хрустящею болячкою закусывать!

А у вас были же небось тоже такие штучки. Саги про какашки же все дети младшего школьного возраста обожают. Если были - делитесь давайте, хорош жадничать.
железные нервы

Здравствуйте, дети! Меня зовут Амалия Вонитовна (с)

Когда-то давно я была знакома с одним козлом. Нет, это не фигуральное выражение, потому что лично мне козел ничего плохого не сделал, а самое что ни на есть буквальное. Козел был бел, пушист, обладал выдающимися рогами и обитал при конюшнях. Это было интеллигентнейшее ласковое животное явно экзотической породы и, судя по лоснящимся бокам коней, нечисть он из конюшни гонял профессионально.

Но этот красавец вонял. Да-да, козлом вонял. Днем он пасся в парке, свободно бродя меж дерев, но любой, желающий с козлом пообщаться и поделиться чем-то вкусненьким мог его легко найти. По запаху. В безветренную погоду запах сохранялся больше часа, и, поплутав меж тех самых дерев, можно было восстановить козлиный маршрут с точностью опытной ищейки.

Прошло несколько лет. Как-то раз, сидя одна-одинешенька в родной лаборантской за плотно закрытой дверью, я учуяла запах. Нет, не козла. Мужского парфюма. Бывает, подумала я. И на девичьем факультете бывает - мало ли, кто по коридору идет. Сейчас выветрится. Минул час. Запах надоел сверх всякой меры. Тогда я вылезла в коридор и пошла по следу. След привел меня к юридическому отделению. Что, говорю, у вас тут не проходил кто-нибудь вонючий? Ага, отвечают мне барышни, проходил один мальчик с третьего курса. Но он уже час, как ушел. А ты-то откуда знаешь?

Свою ответную реплику я опущу. Не буду портить себе репутацию.

А вот теперь, спустя еще много лет, я сижу в офисе в одной комнате с приятными во всех отношениях молодыми людьми. Сижу я, значит, благословляю свой насморк, милосердно избавляющий меня от основной массы обонятельных впечатлений, и думаю: купаются они в парфюме, что ли? И если да - то зачем?